Организатор «Бессмертного полка» в Ташкенте анализирует, какие проблемы есть у законопроекта о митингах и как существующая редакция помешает жизни Узбекистана.
Прошло 9 Мая, что, по словам нашего президента, есть «День Победы, праздник, выстраданный народом, день великой славы сыновей нашей Родины, которые прошли трудными дорогами войны и ценой немыслимых жертв разгромили фашизм».
В Ташкенте состоялось ограниченное народно-патриотическое шествие, лозунг которого «Вместе мы непобедимы!» использовала газета «Правда Востока» — печатный орган Кабинета Министров. Шествия по городским улицам прошли также в Чирчике, Андижане и Янгиере. Организационные вопросы можно было бы отложить до следующего года, однако история на этом не закончилась.
![](http://old.skoro-hook.ru/wp-content/uploads/2019/06/01-Фон-шествие-1024x683.jpg)
![](http://old.skoro-hook.ru/wp-content/uploads/2019/06/02-Правда-Востока-1024x647.jpg)
Существует портал коллективных обращений Meningfikrim.uz, куда еще 21 февраля была подана петиция о проведении шествия. Пока порядка организации уличных шествий в Узбекистане нет, и всенародное голосование на этом портале направило бы инициативу депутатам, которые могли бы принять как вариант разовое постановление по мероприятию.
В тот же день петицию поддержали необходимые пять человек, и она отправилась на экспертизу модератора — в Институт проблем законодательства и парламентских исследований при Олий Мажлисе. Согласно положению, на это отводится до 15 дней.
Увы, прошло 15 дней, месяц, другой. Прошло и 9 Мая, а петиция так и оставалась «в процессе экспертизы». Однако внезапно после 22 мая статус петиции изменился на «Отказано», а в качестве причины указано следующее:
![](http://old.skoro-hook.ru/wp-content/uploads/2019/06/03-Отказ-868x1024.png)
Если оставить в стороне вопросы о том, почему экспертиза затянулась на три месяца и почему была допущена к голосованию петиция о проведении в Узбекистане другого публичного мероприятия, предусматривающего перекрытие дорог, — чемпионата «Формула-1», то ситуация выглядела обнадеживающе.
Не прошло и месяца, как на портале обсуждения проектов нормативно-правовых документов появился проект закона Республики Узбекистан «О митингах, собраниях и демонстрациях граждан».
Кто-то может воскликнуть: «Ура! Значит, будет утвержден порядок!», Или «”Бессмертный полк” можно будет спокойно организовать». К сожалению, если закон будет принят в такой редакции, то нет. Рассмотрим, какие конкретно изменения в него нужно внести.
Кстати, недавно мы разбирали, как живется вообще без этого закона.
В общем и целом
──────────
Анализ формулировок показывает, что законопроект составлен на основе Федерального закона Российской Федерации «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях». Из него взяты положения только по трем публичным мероприятиям: митингам, собраниям и демонстрациям, видимо, потому что они упоминаются в статье 33 нашей Конституции. Необходимо дополнить законопроект нормами проведения пикетирования и уличных шествий, так как:
1. Наиболее многочисленное публичное мероприятие, которое будет организовываться в ряде городов нашей страны, это народно-патриотическое шествие на 75-летие Победы в Великой Отечественной войне, которое представляет собой именно уличное шествие;
2. Статьи 201 и 202 Кодекса об административной ответственности и статья 217 Уголовного кодекса РУз ссылаются на порядок проведения уличных шествий, который отсутствует в отечественном законодательстве. Этот пробел уже давно необходимо заполнить;
![](http://old.skoro-hook.ru/wp-content/uploads/2019/06/04-Махалля.jpg)
3. Кроме того, наиболее частой формой выражения общественной позиции граждан Узбекистана является пикетирование, на которое, например, собираются жители Мирзо-Улугбекского района г. Ташкента.
Соответственно, сам законопроект следует назвать «О митингах, собраниях, демонстрациях, пикетировании и уличных шествиях граждан» и внести соответствующие дополнения в названия статей и разделов.
Самые важные поправки
──────────
Главные изменения нужно вносить в статьи 10, 11 и 7 законопроекта.
Статья 10 посвящена месту проведения публичных мероприятий, которая уже получила солидную порцию критики в социальных сетях. Проанализировав законодательство соседних Казахстана (закон «О порядке организации и проведения мирных собраний, митингов, шествий, пикетов и демонстраций в Республике Казахстан) и Кыргызстана (закон «О мирных собраниях»), ее предлагается изложить в следующей редакции:
«Не допускается проведение публичных мероприятий на объектах железнодорожного, водного и воздушного транспорта, а также у организаций, обеспечивающих обороноспособность, безопасность государства и жизнедеятельность населения (городской общественный транспорт, снабжение водой, электроэнергией, теплом и другими энергоносителями) и учреждений здравоохранения и образования.
Перечень мест, на которых запрещается проведение публичных мероприятий, публикуется в открытом доступе в сети Интернет соответствующим органом исполнительной власти на местах».
Причины следующие:
1. Разумеется, кладбища сложно назвать местом для публичного мероприятия. Однако ежегодно 9 мая многие граждане собираются и возлагают цветы на мемориалах, крупнейшим из которых является захоронение «Братские могилы» в г. Ташкенте. Если же принять законопроект как есть, то посещение любого Вечного огня в Узбекистане станет невозможным, не говоря о желании граждан провести шествие на 75-летие Победы.
2. Сейчас ряд акций проходит именно около исторических монументов или памятников поэтам, писателям или историческим деятелям. По текущей редакции законопроекта придется разгонять, например, участников поэтической акции у памятника Пушкину 6 июня в г. Ташкенте или людей на акции «Свеча памяти», которая проходит 22 июня на мемориале «Журавли» в г. Чирчике. Маловероятно, что это в планах разработчиков законопроекта.
![](http://old.skoro-hook.ru/wp-content/uploads/2019/06/05-Свеча-1024x984.jpg)
3. Кроме того, цель большинства публичных мероприятий — довести до должностных лиц нерешенные проблемы народа. На расстоянии 500 метров требования участников не будут ни увидены, ни услышаны органами, которым они адресованы, а согласно статье 18 законопроекта, последние обязаны рассмотреть обращения и принять по ним необходимые решения.
4. Здания органов государственной власти, судов, международных организаций, посольств и так имеют охраняемую огороженную территорию с паспортным контролем на входе. Если кто-то решит лезть через забор, то сотрудники милиции его немедленно «спустят на землю».
Для примера, в столице США, Вашингтоне, шествие, посвященное Победе в Великой Отечественной войне, уже четыре года подряд начинается перед резиденцией президента — Белым домом.
![](http://old.skoro-hook.ru/wp-content/uploads/2019/06/06-Вашингтон.jpg)
5. Сложилась традиция, когда граждане собираются и несут цветы к зданию посольства страны, где произошло стихийное бедствие с большим числом человеческих жертв. При принятии закона в текущей редакции эта благая акция также окажется под запретом.
6. Дороги (включая тротуары), по которым идут участники публичных мероприятий, относятся к автомобильному виду транспортной системы, поэтому нелогично включать их в перечень запретных мест.
7. Для проведения собрания организаторы могут взять в аренду конференц-зал или иное помещение. Большинство из них находится как раз в частной собственности.
Второе важное изменение необходимо внести в статью 11, по которой проведение митингов, собраний и/или демонстраций допускается только по рабочим дням недели и не может начинаться ранее 10 часов и заканчиваться позднее 17 часов.
По аналогии с законодательством других стран предлагается изложить данную статью в следующей редакции: «Проведение митингов, собраний, демонстраций, пикетирования и/или уличных шествий не может начинаться ранее 7 часов и заканчиваться позднее 23 часов», так как:
1. Ряд публичных мероприятий носит культурно-просветительский характер, поэтому их целесообразно проводить именно в выходные дни, чтобы каждый желающий гражданин мог принять участие. Представьте, что будет, если тот же «Бессмертный полк» провести в рабочий день. Желающим, которых по оценкам СМИ насчитывается несколько тысяч, придется отпрашиваться с работы или учебы, а кто-то и попросту прогуляет занятия в учебных заведениях.
2. Некоторые публичные мероприятия требуют именно темного времени суток. Опять же приведем в пример «Свечу памяти» в Чирчике, которая год назад прошла без каких-либо проблем с безопасностью. Вдобавок ташкентцы вспомнят, как 9 мая в 21.00 огромная часть населения города собралась на открытых площадях, чтобы посмотреть праздничный салют. Городские службы прекрасно выполнили свою работу, и никаких проблем с безопасностью не наблюдалось.
В-третьих, в статье 7, посвященной участникам митингов, собраний и/или демонстраций, необходимо однозначно исключить абзац 1, так как, если публичное мероприятие носит культурно-просветительский характер, то в нем зачастую принимают участие несовершеннолетние лица или иностранные гости.
Возьмем ту же поэтическую акцию у памятника Пушкину 6 июня 2019 г. в г. Ташкенте, где приняли участие как несовершеннолетние учащиеся, так и представители посольства РФ и Российского центра науки и культуры.
Данная акция подпадает под определение демонстрации. Если бы закон был принят в текущей редакции, то органы внутренних дел были бы вынуждены выгнать всех школьников, подготовивших стихи Пушкина, а также всех посольских сотрудников как иностранных граждан. По меньшей мере это привело бы к ненужному дипломатическому скандалу.
![](http://old.skoro-hook.ru/wp-content/uploads/2019/06/07-Пушкин-1024x624.jpg)
Кроме того, читатель вспомнит, как по всей стране в преддверии 9 Мая учащиеся школ собираются и классами посещают мемориалы, возлагают цветы и рассказывают стихотворения. А сколько людей вышло на «Бессмертный полк» в этом году целыми семьями? Сомнительно, что разработчики законопроекта ставят целью пустить все это под запрет.
Что еще нужно изменить
──────────
Помимо этого, разумно внести в законопроект следующие изменения:
Сроки
Тридцать дней — это чересчур большой срок для подачи заявления, так как в отличие от концертов, выставок и конных парадов большинство публичных акций организуется именно по актуальным вопросам, на чем сделан акцент в статье 3 законопроекта.
Для сравнения, минимальный срок подачи уведомления в Казахстане составляет 10 дней, в Кыргызстане — 2 рабочих дня, в России — от 3 до 10 дней в зависимости от формы активности, а по одиночному пикету без использования конструкций уведомление не требуется.
Поэтому в статье 8 предлагается установить минимальный срок подачи заявления — 10 дней, а по собранию и пикетированию — 3 дня (если один из дней выпадает на выходной или праздник, то 4 дня).
К примеру, происходит чрезвычайное происшествие, и граждане намереваются собраться и помочь пострадавшим или подписать петицию, как случилось в 2017 г. после трагедии с учащимся медицинского колледжа Жасурбеком Ибрагимовым. Здесь нет возможности ждать неделями, и каждый день на счету.
Другой пример — в махаллю приезжает техника и начинает непонятные строительные работы. Даже за неделю можно очень много снести, поэтому жильцам нужно в течение нескольких дней собраться, остановить стройку и решить, что делать дальше.
![](http://old.skoro-hook.ru/wp-content/uploads/2019/06/09-Жасур.jpg)
В свою очередь в статье 9 необходимо прописать конкретные сроки направления ответа организатору, например, неделю, а по собраниям и пикетированию — 2 дня. Отсылка в статье 14 на законодательство об обращениях физических и юридических лиц не совсем эффективна, так как ответы могут затягиваться.
Например, в 2018 г. организаторы подали в хокимият г. Ташкента письмо о проведении шествия «Бессмертный полк» 15 марта, но реакция на это письмо была только 19 апреля, то есть спустя 37 дней. Из-за подобного затягивания в случае публичных мероприятий, которые проходят по «горящим» вопросам, граждане могут самовольно выйти на акцию, не дожидаясь ответа.
Здесь же во избежание злоупотреблений необходимо уточнить, что конкретно подразумевается под «отдельными случаями» для внесения органами исполнительной власти изменений в регламент, либо исключить данный абзац, дабы не получилось такого диалога:
— Организовываем митинг в честь дня рождения Амира Темура
— Хорошо, где хотите проводить?
— На сквере у памятника.
— Да, это хорошее мероприятие. Но в этот день мы не сможем отвлечь достаточно сил милиции, чтобы вас охранять. Вдруг кто-то провокацию сделает — начнется драка. Зачем вам это нужно? Плюс, это же создаст неудобства для других горожан и гостей города. Давайте, вы напишите, что в Ботаническом саду два-три круга сделаете, — прямо сейчас согласуем.
Это не фарс. Для сравнения, Закон «О мирных собраниях» в соседнем Кыргызстане выражается еще строже и запрещает государственным органам и органам местного самоуправления давать оценку целесообразности проведения мирных собраний, определять или вводить ограничения по месту, времени проведения и маршрутам движения мирных собраний (за исключением случаев, когда непринятие таких мер влечет за собой нарушение прав граждан, не участвующих в собрании, а также защиты национальной безопасности, общественного порядка, охраны здоровья и нравственности населения).
Определения
В статье 3 в определении митинга во избежание двусмысленности целесообразно уточнить, какое количество людей считается массовым (больше одного, пяти, десяти, ста или иного количества человек).
Под текущее определение собрания будут подпадать родительские собрания в школах, собрания жильцов махалли, разбор проблем в ТЧСЖ, встречи выпускников и т. д. Необходимо пересмотреть определение собрания, как вариант — с включением фразы «и с привлечением общественного внимания к обсуждаемым общественным вопросам», либо изложить так:
собрание — преднамеренное и временное пребывание ряда лиц в местах, открытых для общественного доступа, с целью привлечения внимания государственных органов и органов местного самоуправления, общественного внимания, включая выражение мнения по каким-либо вопросам.
Текущие определения демонстрации и митинга схожи. Кроме того, второе предложение (Целью демонстрации…) в равной степени относится ко всем публичным мероприятиям. Предлагается следующая редакция:
демонстрация — организованное публичное выражение общественных настроений группой граждан с использованием во время передвижения, в том числе на транспортных средствах, плакатов, транспарантов и иных средств наглядной агитации.
Так же, как упомянуто выше, статью необходимо дополнить определениями пикетирования и уличного шествия, например:
пикетирование — форма публичного выражения мнений, осуществляемое без передвижения и использования звукоусиливающих технических средств путем размещения у пикетируемого объекта одного или более граждан, использующих плакаты, транспаранты и иные средства наглядной агитации, а также быстровозводимые сборно-разборные конструкции;
уличное шествие — массовое прохождение граждан по дорогам по заранее определенному маршруту.
«Законные требования»
В статьях 6, 7, 15, 17 используется фраза «законные требования» в отношении организатора, органов исполнительной власти на местах и внутренних дел. Надо четко расписать, какие конкретно требования являются законными, а какие нет.
Иначе может быть такая ситуация. Например, граждане протестуют против решения хокимията (орган исполнительной власти на местах) отвести территорию детской площадки под строительство ресторана. Через 15 минут выходит сотрудник хокимията и говорит организатору:
— Начальник требует, чтобы вы разошлись.
— Почему? Необходимо остановить строительство, так как это единственная площадка в микрорайоне. Плюс, согласно заключению СЭС…
— Брат, я не знаю, что там СЭС написал, но начальник сказал: или чтобы через 5 минут никого тут не было, или вас арестовывают за невыполнение законных требований органа власти. Потом не обижайтесь.
В результате смысл принятия закона сводится к нулю.
«Дискредитация»
Разумеется, недопустимо доходить до оскорблений, однако люди выходят на публичные акции не ради прогулки, а потому что тот или иной орган не решает проблему в общем порядке. Опять же, вспомним пример Мирзо-Улугбекского района г. Ташкента.
По этой причине в статьях 4 и 9 фразу «а также дискредитации государственных органов» необходимо однозначно исключить либо заменить на «а также умышленного оскорбления физических и/или юридических лиц».
В противном случае очень широкий круг понятий можно классифицировать как «дискредитацию», чтобы уйти от ответа и запретить публичную акцию. Будут ли в таком случае люди молча сидеть?
![](http://old.skoro-hook.ru/wp-content/uploads/2019/06/08-Сергели.jpg)
Вспомним 9 апреля 2019 г., когда жители Сергелийского района Ташкента отправились к зданию администрации президента Узбекистана, выражая недовольство повышением стоимости жилья.
«Кина не будет»
Очевидно, что могут возникнуть объективные обстоятельства, когда мероприятие приходится прекращать. Этому и посвящена статья 17 законопроекта, начинающаяся с предложения «Органы власти имеют право запрещать, приостанавливать или прекращать проведение митингов, собраний и/или демонстраций по обоснованным соображениям безопасности».
Для большей ясности в этой фразе, заимствованной из Конституции, необходимо конкретизировать, что именно означают «обоснованные соображения безопасности».
Также в статьи 15 и 16 (права и обязанности органов внутренних дел и Национальной гвардии) необходимо внести ясность и привести конкретные примеры «возникших обстоятельств, негативно влияющих на общественно-политическую ситуацию», по которым может быть прекращено публичное мероприятие, иначе данную фразу можно использовать для обоснования абсолютно любого запрета.
Читатель может возразить, что до этого не дойдет. Увы, это уже происходило. В 2017 г. в проведении 9 Мая в г. Ташкенте было отказано из-за «сложившейся в мире сложной политической ситуации». Что конкретно имелось в виду под этими загадочными словами — осталось неизвестным.
В той же статье 17 предлагается исключить фразу о голодовке как основании приостановления мероприятия, так как неясно, сколько времени непринятия пищи считается за голодовку. Если же речь идет о сутках, то за это время публичное мероприятие уже давно завершится. Также лучше заменить фразу «блокировки дорог» на «самовольной блокировки дорог», так как когда участники идут по улице, дорога уже блокирована. Если же участники самовольно решают отклониться от маршрута, то их, разумеется, нужно направить на «верный путь».
Организаторы
Из статьи 6 необходимо исключить фразу «ликвидированной или незарегистрированной на территории республики» в отношении негосударственной некоммерческой организации (ННО), чьи члены не могут быть организаторами. Если деятельность организации запрещена (следующая фраза в тексте), то, разумеется, ни о какой регистрации речи не идет. Если же организация ликвидирована, то вопрос руководства или членства отпадает сам собой.
В противном случае будет такая ситуация. Гражданин состоял в рядах ННО помощи, скажем, бездомным животным, но через пару лет организация прекратила свою деятельность в связи с реструктуризацией / реорганизацией / слиянием с другим юридическим лицом и т. д. Получается, что этот гражданин теперь член ликвидированной ННО и пожизненно не может быть организатором публичных мероприятий. Как он выйдет из положения? Обратится за «помощью друга», который напишет свое имя в графе «организатор».
Звуковая техника
Законопроект запрещает организаторам использовать транспортные средства. Это и так очевидно, так как митинговать из окна автомобиля не очень-то и удобно. Однако зачастую на публичных мероприятиях в мире используются автомобили с аудиоколонками, которые, кстати, были предложены в этом и прошлом году для сопровождения «Бессмертного полка» в Ташкенте и исполнения военных песен.
![](http://old.skoro-hook.ru/wp-content/uploads/2019/06/10-Грузовик-динамик-1024x683.jpg)
Поэтому предложения в статьях 6 и 7 о запрете транспортных средств нужно дополнить фразой «кроме как для транспортировки звукоусиливающих технических средств (аудио-, видеоустановок и других устройств)».
Закрытые лица
Статья 7 запрещает использовать средства маскировки и иные предметы, затрудняющие визуальное установление их личности. Это понятно: хулиганам действовать в масках гораздо проще, чем в открытую.
Однако наша республика — это не только теплое лето; это и морозы до −20, −30 градусов. В такую погоду люди, разумеется, захотят обматывать лица шарфами, особенно если долгое время нужно стоять на одном месте. Кроме того, организаторы могут выйти с идеей провести карнавальное шествие, где участники приходят в пестрых костюмах.
Поэтому абзац о маскировке предлагается дополнить фразой «если иное не обусловлено погодными условиями или не предусмотрено регламентом мероприятия», а для обеспечения безопасности участников можно пропускать на подобные акции после паспортного контроля.
Кто главный?
По части города Ташкента не совсем понятно, какой именно хокимият считается органом исполнительной власти на местах — городской или районные. Учитывая, что маршруты могут проходить через несколько районов, как в случае шествия на 9 Мая, предлагается дополнить статью 8 предложением «В целях настоящего закона органом исполнительной власти в г. Ташкенте считается хокимият г. Ташкента».
В противном случае обращения организаторов могут переправляться из одного хокимията в другой, как было в этом году при организации шествия.
Та же восьмая статья требует указывать в регламенте формы и методы обеспечения общественного порядка и безопасности, организации медицинской помощи. Целесообразно ее исключить за ненадобностью, так как общественный порядок и так обеспечивается органами внутренних дел, а медицинская помощь — организациями здравоохранения.
К тому же в статье 18 законопроекта указано, что обеспечение этих услуг осуществляется на безвозмездной основе. Иначе организаторы будут писать типовые фразы «порядок обеспечивается милицией, а здравоохранение — скорой помощью».
![](http://old.skoro-hook.ru/wp-content/uploads/2019/06/Рамиз-Бахтияров-салют-2018.jpg)
Также можно исключить абзац 12 об источнике финансирования публичных мероприятий, так как, во-первых, вопрос финансирования уже регулируется в статье 13 законопроекта, и, во-вторых, организатор физически не может знать, на какие средства каждый участник изготовил или приобрел материалы, например, свечи со стаканчиками для акции «Свеча памяти» в Чирчике.
Если же оставить абзац, то организаторы будут писать типовую фразу «за счет собственных средств», что схоже с ситуацией, когда раньше при пересечении границы стоимость всех личных ценностей в таможенной декларации указывали как «б/у».
Кроме того, в статье 14 законопроекта говорится, что органы исполнительной власти на местах должны назначить своего уполномоченного представителя в целях оказания содействия организатору. По аналогии с Федеральным законом РФ от 19.06.2004 г. № 54-ФЗ, (откуда формулировка, скорее всего, и взята), надо дополнить предложением «Назначение уполномоченного представителя оформляется письменным распоряжением, которое заблаговременно направляется организатору публичного мероприятия и в орган внутренних дел для организации взаимодействия по надлежащему обеспечению общественной безопасности участников публичного мероприятия и иных лиц».
Иначе как организатор поймет, к кому надо обращаться за помощью или действительно ли подошедший к нему человек от хокимията или просто выдает себя за такого, чтобы помешать акции?
Время оповещения людей
В статье 12 касательно предварительной агитации необходимо исключить фразу «за три дня до планируемой общественной активности», так как это даст возможность организаторам оповещать в СМИ, социальных сетях и других источниках сразу после получения разрешения.
В результате у людей будет больше времени понять суть мероприятия и принять взвешенное решение, участвовать в нем или нет.
Допуск и недопуск
Фразу в статьях 15 и 16 касательно права органов внутренних дел и Национальной гвардии «запрещать допуск лиц на место проведения митинга, собрания и/или демонстрации в случае нарушения предельной нормы наполняемости территории (помещения)» лучше начать «приостанавливать или запрещать», так как, например, после начала шествия площадка сбора участников будет освобождаться, и можно будет пропускать вновь прибывших.
Право на ответ
В статье 18 говорится, что органы, которым адресуются обращения участников, обязаны рассмотреть их по существу и принять по ним необходимые решения. Туда нужно добавить фразу «и письменно сообщить о принятых решениях организатору публичного мероприятия», так как конечным результатом является именно решение вопроса.
Законопроект обязывает организатора и участников публичного мероприятия выполнять требования органов власти, внутренних дел и Национальной гвардии. Анализируя публикации в СМИ, можно сказать, что много публичных мероприятий будут иметь требования именно к органам власти на местах.
Однако разрешение на проведение этих мероприятий выдается теми же хокимиятами. Логично ожидать противодействия по выдаче разрешений под любыми предлогами. Для урегулирования этой «тонкости», по аналогии с законодательством Казахстана и Кыргызстана, предлагается дополнить статью абзацем:
«Государственные органы, общественные объединения, а также граждане не вправе препятствовать митингам, собраниям, демонстрациям, пикетированию и уличным шествиям, проводимым с соблюдением порядка, установленного настоящим законом».
***
Разумеется, кто-то из читателей возразит, что это все «для галочки», что эти изменения никогда не будут внесены и все останется, как есть, как было со стоимостью тонировки автомобилей. Можно быть уверенным лишь в одном: если ничего не делать, то само по себе ничего не произойдет.
Сам факт разработки этого законопроекта и реакция Института проблем законодательства и парламентских исследований на проект петиции (хотя 9 Мая уже давно прошло) говорят о происходящих изменениях.
Поэтому, пока законопроект еще открыт для всеобщего обсуждения (до 27 июня), можно включиться в обсуждение и оставлять свои мнения и предложения на портале проектов нормативно-правовых документов.
Поставит ли этот закон крест на общественной жизни Узбекистана или, наоборот, станет ее юридической базой и даст возможность провести на надлежащем уровне 9 мая 2020 г. народно-патриотическое шествие в честь 75-летия Победы в Великой Отечественной войне, — посмотрим в будущем.
У нас еще очень много хороших статей! Поэтому подпишитесь на Telegram-канал — там вы точно ничего не пропустите.
──────────
Тимур Исмаилов. Фото на превью: Рамиз Бахтияров